![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
«Свободный театр» всегда выступает за свободу во всех ее проявлениях. Я сегодня пришла на площадь вместе со своей дочерью. Я спросила у Даны, почему она сегодня идет со мной, и она ответила: потому что 16 число связано с 16 сентября, когда пропали Анатолий Красовский и Виктор Гончар. Вдова Анатолия, Ирина Красовская, является крестной матерью моей дочери. Мой ребенок также не понимает, почему в ее стране людей убивают, и как люди, у которых с нами одна Родина, идут против нас – избивают, убивают, сажают в тюрьмы. Поэтому мы здесь сегодня с дочерью - нам необходимо отстаивать свободу», - сказала Наталья Коляда в интервью charter97.org.
«Прочитав месяц назад, как это происходило в прошлый День солидарности 16 октября, я очень удивился неадекватной реакции властей. Я смотрел видеоролики на сайте Хартии, в «Нашей Ніве», как журналистам не давали работать, как избивали людей. Меня это поразило, и я сегодня приехал посмотреть, что будет. И вот увидел еще больший цинизм. Сегодня принимается решение по поводу европейских санкций, а здесь будто бы все нормально. Но если сегодня меня не арестовали, это не значит, что не арестуют завтра. Власти могут сделать все, что захотят», - убежден художник Алесь Пушкин.
“Власть демонстрирует, что закон дураку ни писан, простите. Если сегодня можно тут стоять, то почему нельзя было стоять месяц или два назад? Почему тогда избивали людей? Получается, что, если сегодня все законно и мы ни нарушаем правопорядок, то тогда раньше сотрудники милиции вели себя незаконно. Это все связано с политической коньюнктурой. Нужны деньги — будем терпеть. Нужно, чтобы в Брюсселе приняли какое-то политическое решение, тоже потерпим”, сказал Анатолий Лебедько в интервью "Радыё Свабода".
"Акция 16 ноября - это маленькая победа демократических сил. Не только потому, что она прошла без задержаний. Наша заслуга несомненно в этом есть: если мы каждый раз приходим на площадь, несмотря на избиения и аресты, мы ясно даём понять власти, что такими методами нас остановить нельзя, что мы этого не боимся. Поэтому мирное проведение Дня Солидарности - это достижение каждого отважного человека, который участвовал в предыдущих акциях.Однако наша победа главным образом состоит в том, что в неимоверно тяжёлых условиях, в атмосфере страха, мы смогли мобилизовать на акцию около полусотни человек. Сейчас даже для многих белорусов, которым небезразлична проблема политзаключённых, акции 16 числа представляются лишь избиениями и возможностью быть задержанным. Наша задача - этот стереотип разрушить. 29 октября, вывесив 100 национальных флагов над проспектом Независимости, мы показали, что в нашей стране можно бороться с режиом и можно побеждать. 16 ноября мы это подтвердили. Сопротивление возможно, и власть не всесильна. Каждый белорус может внести свой посильный вклад в общее дело", - сказал в интервью jeans-by.com Олег Ладутько.
«В отличие от акций солидарности в сентябре и октябре, сегодняшняя разогнана не была. В первую очередь я связываю это со стойкостью демократических активистов. Своими жесткими действиями власть хотела запугать потенциальных участников. Но они увидели, что людей на акциях меньше не становится, а резонанс получается очень громким. К тому же, я думаю, власти просто испугались, что вопрос о санкциях который рассматривается в Брюсселе, будет рассмотрен не в их пользу. По-моему, это очень ясный ответ тем, кто говорит, что санкции на белорусский режим не действуют. На самом деле режим очень боится санкций и даже угрозы несущественных санкций,» - сказал один из лидеров «Европейской Беларуси» Евгений Афнагель.
«Я бы с удовольствием остался дома за праздничным столом, но было бы стыдно перед друзьями не придти в этот день. Так повелось, что последние четыре года я свой день рождения отмечал на площади. Решил не нарушать эту традицию. Сегодня в Брюсселе рассматривается вопрос санкций в отношении белорусских чиновников. Считаю, что санкции должны быть возобновлены, хотя, очевидно, будет продлен мораторий. Все предыдущие акции здесь площади были жестоко разогнаны, я вместе с остальными участниками не раз был избит и арестован. Эта акция прошла мирною Очевидно, что власти просто решили немного поиграть. Сегодня акцию не разогнали, но завтра обязательно разгонят - это только игра со стороны властей, никакой демократизации в стране не происходит», - заявил Дмитрий Бородко, который сегодня отмечает своё 35-летие, в интервью charter97.org.
«Это наша старая борьба с ОМОНом. Они нам не дают собираться на Октябрьской площади, потому что мы требуем освобождения наших товарищей Осипенко, Автуховича и Дубского. И за полгода это, наверное, первая акция, которая прошла мирно. Все-таки это наша маленькая победа. Хотя, безусловно, связано это с тем, что суммарный внешний долг Беларуси сейчас составляет 20 миллиардов долларов. Для сравнения представим, что Советский Союз, который был в 25 раз больше Беларуси по населению, имел бы 500 миллиардов долларов долга. Но СССР никогда не имел такой задолженности - он рухнул, когда его долг превысил 120 миллиардов долларов. Поэтому сейчас Лукашенко позарез нужны деньги, мобилизованы все агенты влияния внутренние и внешние, чтобы эти кредиты получать. Властям очень бы хотелось разогнать эту акцию, но деньги сегодня важнее. Это также демонстрирует, что международный фактор на самом деле много чего значит. Если бы долгое время не было этих бездумных уступок Европы, то свободные акции в Беларуси проходили бы уже давно, а не только сегодня в день принятия Брюсселем решения по санкциям», - уверен Дмитрий Бондаренко.
Анатоль Лябедзька, АГП
Мікалай Дземідзенка, “Малады Фронт”
Вячаслаў Сіўчык, рух “Разам!”
Ніка Лазоўская, “Маладая Беларусь”
Андрэй Крэчка, Моладзь БНФ
Паліна Дзякава, “Еўрапейская Беларусь” 
Алексей Бондарь, политзаключённый 
Павел Севярынец, БХД
Михаил Субоч, бывший полизаключённый 
Андрэй Кім, “Ініцыятыва”
Мікалай Статкевіч, “Еўрапейская кааліцыя” 
Антон Койпіш, Партыя БНФ
Сегодня исполняется ровно три года со дня убийства обозревателя «Новой газеты» Анны Политковской. Три года как ушел человек, писавший правду про произвол властей в Чечне, про преступления Кремля, человек, который физически не мог мириться с несправедливостью, не мог молчать, стоять в стороне.
